Один день моей жизни

27 марта 2014 - Asus

Вспоминаю о том, как всё это произошло – я не верю самой себе… Было ли это на самом деле, или мне приснилось? Выношу на суд читателей. Читайте и судите сами!)

Это произошло… не суть важно когда. Я была тогда вдовой Неунывающей, не распускающей слюни, но – вдовой уже порядочно долго – более 10-ти лет! Статус мне мой порядком поднадоел, но решиться на замужество, а тем более – на легкомысленную связь я себе позволить не могла: у меня подрастал сын.

Но вот сын стал достаточно взрослым – заканчивал среднюю школу. Можно было наконец, подумать и о себе! Мама была ещё довольно бодрой пожилой женщиной. Как говорится, мне и карты в руки!

Уже давно моей голубой мечтой было обосноваться в Северной Пальмире – Питере. Да вот незадача: из нашего провинциального, хоть и областного, городка, туда было перебраться почти что нереально: слишком большая разница в стоимости жилья!!! Снимать же углы ну никак не хотелось…

Интернет – великая сила, но и он порой не в силах нам помочь… Познакомиться с жителем Питера с готовым жильём не удавалось, что впрочем, и вполне понятно!))

Однако, если человек действительно чего-то хочет – способ осуществить мечту найдётся всегда !!!! Мне помог фиктивный брак. Ну, все вероятно, знают, что это такое: брак, который заключают не для того, чтобы жить вместе и рожать детей, а для каких-то иных, скажем так, корыстных целей. Моя корысть состояла в прописке и проживании на территории «мужа» вместе с сыном в течении трёх лет. Это был план-минимум.

Подобрала подходящее объявление молодого человека нетрадиционной ориентации, пассива, согласного на мои условия и просившего в принципе не очень дорого. Всё обсчитав, и убедившись, что если я буду снимать жильё, я за эти годы вбухаю раз в пять больше – поехала знакомиться с «женихом».

Списались. Он меня встретил на Московском вокзале с букетом тёмно-бардовых роз. Меня это приятно удивило!) Вышли с территории вокзала и он на собственном авто неизвестной мне марки – ну не разбираюсь я в иномарках!))) –повёз меня к моему потенциальному жилью.

Спальный район на юге города. Элитная восьмиэтажка. Окна шикарных четырёхкомнатных апартаментов выходили на чудом уцелевший полусквер-полулесок. Большие окна. В комнатах полно света… В такой рай даже во сне не верилось!

Сообща накрыли на стол. Стёпа –он же – Стеша - оказался милым моложавым мужчиной тридцати пяти лет от роду – всё так, как он и указал при переписке. Брутальный. Смуглый брюнет – мой любимый мужской типаж… Невольно потекли слюнки вожделения и в трусиках у меня стало влажно… но…уговор – дороже денег… Да и по возрасту я была почти на 20-ть лет старше его!

Примерно через час после того, как я, приняв ванну, переоделась в домашнее и мы закусили, в дверь раздался звонок… Я посмотрела в бархатные миндалевидные глаза моего хозяина – он засмущался как девица, потом, опустив голову, прошептал:

-Я же его просил!!!! Я просил его не приходить сегодня!!!

И, досадуя и негодуя, отправился открывать дверь.

Я от нервного напряжения, потянулась к пачке сигарет, лежавшей на столе… Это уже не входило в мои планы: расплачиваться за фиктивный брак с «мужем» своего мужа… Но, как известно, лучшая оборона – это нападение. И я приготовилась к самому худшему…

На кухню вместе с моим Степаном вошёл… ханурик хануриком – тощий, сутулый, рыжеволосый и весь в прыщах самодовольный парень… Ему бы ещё автомат – в ряды СС подошёл бы аккурат!

Во мне зашевелилось недовольство и выбором Стеши, и моим преждевременным испугом. Сладкая парочка тем не менее подошла к столу, за которым я сидела.

- Лика, знакомься – это…

- Денис – встрял вновь прибывший, не дав хозяину договорить.

Я проигнорировала протянутую мне для приветствия руку… Сделала вид, что ничего не заметила.

Денис плюхнулся на стул, на котором сидел до него Степан. Налил себе в его рюмку водки и залпом выпил, не закусив. Стёпа-Стеша стоял рядом, покрываясь бурыми пятнами от стыда, но явно боялся хоть что-то возразить своему незваному гостью.

Вдруг Денис протянул руку к ширинке Степана…тот стоял не шелохнувшись…расстегнул её, двумя пальцами сквозь белые плавочки уцепился тому за член, от чего Стёпа вскрикнул и резко рванул вниз:

-На пол!!! На колени!!! Ты забыла, как нужно вести себя со своим хозяином??? Со своим мужем!!! Он ударил наотмашь по лицу уже стоявшего перед ним моего красавца.

Здесь я уже не выдержала. Взяв со стола вилку, я зашла за спину этого ублюдка и приставила вилку к его поросшему рыжей щетиной горлу.

-Встал и смотался отсюда!! Пока я не вызвала полицию!!!

Но наглец не очень-то растерялся:

-Ха-ха-ха!!! Нашла кем пугать, провинциальная клуша!!! Да полиции нет дела до пидаров вообще, а до богатых – тем более: я заявлю. Что он таким образом развлекается!! И он это подтвердит! Ведь подтвердишь, Стешенька? – он ухватил в кулак буйный вороной чуб Степана и резким рывком откинул его голову за спину.

Степан молчал…ему было чертовски стыдно передо мной за своё унижение – вот так, при мне… А я не могла понять, почему он просто не выкинет эту мразь из квартиры…

-Ты подтвердишь мои слова, или – нет??? – в руках у Дениса неизвестно откуда взялась плётка-семихвостка со свинцовыми шариками на конце…явно не из секс-шопа… Лицо Степана передёрнулось…

Я от неожиданности позабыла, что у меня в руке намного более опасный предмет, чем плётка, когда тот одной рукой наклонив голову Степана к своим ногам, покоившимся в грязных тошнотворно воняющих носках и задрав ему на голову мягкую трикотажную футболку, второй что есть силы полоснул ему плёткой по спине!!! Степан вскрикнул от боли, но даже не попытался встать с колен!!!

Я, сама от себя не ожидавшая такой прыти, наконец-то вышла из оцепенения и пырнула вилкой Дениса в основание шеи! Он взвизгнул как ошпаренный поросёнок, кровь брызнула фонтаном. А я не могла оторвать глаз от смуглой спины Степана, всей исчерченной полосами рубцов от плётки и похоже, кнута… От спины, на которой выступили новые кровавые рубцы…

Но инстинкт самосохранения сработал опережая моё сознание. Я отскочила вбок, попутно умудрившись вырвать из рук садиста плётку и свалив его со стула. И –«Остапа понесло»… Я, невзирая на скулёж и попытки закрыться от меня локтём правой руки, которой он зажимал рану, Дениса, хлестала его плёткой что было мочи по чему придётся!! По голове, лицу, рукам, спине, когда он всё перевернулся на карачки, по его тощей заднице, промеж ног…как мне сладостно было хлестать его промеж ног!!! Я сама удивилась этому своему чувству! Остановилась я лишь когда Степан, подползя ко мне на коленях, не обнял меня за ноги.

-Хватит, хватит, госпожа моя, спасительница моя!!! Хватит – ты убьёшь его!!

- Аааа!! Так тебе его ещё и жалко, презренное ты жалкое существо! – всё ещё продолжая хлестать забившегося в угол Дениса, прошипела я своем у будущему мужу, с чувством нечистоты отбрасывая его ногой прочь от себя.

Но Степан на удивление не сдавался:

-Ты убьёшь его, и нас с тобой посадят!!! Оно тебе нужно???? Он получил своё!!!

-А что же ты-то ему не мог дать этого? – ничего ещё не понимая, поинтересовалась я, взяв Степана за подбородок и подняв его лицо вверх, пока мы не встретились с ним глазами.

-Мне этого делать было нельзя…нельзя, понимаешь?

-Ага, он тебя заколдовал, заклятье наложил, да? – уже цинично рассматривая распростёртое ниц передо мной красивое мужское тело, усмехнулась я.

Во мне смутно шевелились какие-то эмоции, о присутствии которых в себе я даже не догадывалась! Я еще не могла осознать природу этих эмоций, но они меня приятно волновали, щекотали и возбуждали…

Немного остыв, я опустила плеть и подошла к избитому мной Денису… Ничего – руки-ноги целы, глаза оба на месте, зубы не выбиты. А всё остальное зарастёт как на собаке!

Почуяв, что его перестали избивать, тот поднял голову. Я посмотрела ему прямо в его выпученные водянисто-белёсые глаза. Он опустил их, встал на четвереньки и…пополз ко мне!!! Я отшатнулась! Но он упрямо продолжал ползти. Поравнявшись с моими ногами, он рапростёрся ниц и поставил мою правую ногу себе на голову. Я не могла сдвинуться с места.

-Что значит весь этот маскарад? – не скрывая брезгливых ноток в голосе, спросила я.

-Я – твой раб… - ответил Денис. – И сексуальный, и просто раб. Ты вольна делать со мной что хочешь. Даже убить. Я сейчас принесу документы. –

-Не нужен ты мне сто лет!!! Ни в каком виде!! Мне нужен Степан – помимо собственной воли заявила я. Отдай мне Степана и катись отсюда на все 4 стороны!

Я начинала понимать причины столь странного поведения Степана. Рабство!! Он был наложником Дениса!!!! В голове такого не укладывалось: рабы в наше время??? Жуть!

-Я сам буду твоим рабом! – не унимался рыжий.

-Туалетной бумагой ты мне будешь, понял? Будешь облизывать меня и Стёпу после того, как мы сходим в туалет!!!

У Дениса округлились глаза – он явно не ожидал от меня такой прыти, что я так быстро войду в роль… краем глаза я увидела как он тянется левой рукой к вилке, брошенной мною на полу! Он сам подписал себе приговор, подлая лживая тварь!

Резкий взмах плётки по руке, по голове… Носком правой ноги я отбросила за подбородок Дениса в сторону, приказав Степану:

-Связать! Живо!! И связать его хорошенько, если не хочешь оказаться на его месте. Стёпа этого не хотел… А я была уверена на все сто, что его мне опасаться не стоит…



2.

Бросив связанного врага в коридоре, я, помыв руки, уселась за стол. Подозвала к себе Степана. Он подошёл. Я жестом приказала ему опуститься передо мной на колени. Он безропотно выполнил приказ. Я взяла в руки его прекрасную голову, пристально посмотрела ему в глаза…и плюнула в них!!! Что со мной происходило – я сама не знала, но чувствовала, что поступаю именно так, как было единственно правильным поступить.

Мой плевок стекал по лицу молодого мужчины на его подбородок. Он смотрел мне в глаза, не опуская их и не пытаясь вытереть лицо. Я ладонью левой руки размазала плевок по его щекам, лбу, подбородку… Степан стоял, словно живая статуя… Оплеуха с правой стороны его не разбудила. Ещё одна пощёчина – с левой – итог тот же…

Я не выдержала:

-Почему? – пощечина слева. Почему? – справа. Почему? Почему? Почему? Отвечай!!!!

-Что – почему? – вопросом на вопрос откликнулся бедняга.

-Почему ты терпишь такое отношение к тебе?

-Потому что я – раб…

-Какое, к чертям собачьим, рабство в наше время??? Какой раб? – я уже трясла Стёпу за плечи.

- Просто раб. И сексуальный – в том числе…

-Чей?

-Был Дениса, теперь – твой… Я тебя не покупала!!

-Когда мы вступим с тобой в фиктивный брак – ты этим актом меня купишь! – впервые за всё время улыбнулся Стёпа. – Только, если бы этот идиот не пришёл сегодня, как я его упрашивал – он бы оставался моим господином, потому что все документы я обязан был передать ему… Теперь я от него свободен! Документы у меня. Ты освободила меня досрочно! Хотя я за время рабства рассчитался с ним сполна!!!

-А говоришь, что ты – мой раб!!! Ты – мой фиктивный жених, мой будущий фиктивный муж!!!

-Ты ничего не знаешь! Лицо Стёпы вновь озарила улыбка. Он неожиданно склонился губами к моим стопам и начал их целовать… нежно и медленно…я чувствовала, как страсть закипает в нём, но он сдерживался.

-Госпожа…моя любимая госпожа… я услышала его всхлипы.

Наклонившись к нему, запустила пальцы правой руки в его шевелюру, сжала кулак и потянула наверх. Он поднял на меня своё лицо, залитое слезами счастья.

«Дурдом!» - мелькнуло у меня в голове!-« Мазохист!!!»

-Я тебя слушаю, горе моё! – глубоко и вполне откровенно вздохнув, произнесла я. Только вначале давай доведём до логического конца наказание Дениса.

-Да, моя госпожа! Прошу тебя: подожди здесь всего минуту!

Что мне оставалось? – сижу на стуле как дура, жду… Устала чертовски…Глаза уже режут от желания поспать, голова разламывается от всех навалившихся проблем…

Не прошло и пяти минут, как Степан вышел из-за угла кухни в расстегнутой серо-дымчатой вельветовой рубашке и набедренной повязке, едва прикрывавшей его чресла.

«Что бы это значило?» - возник у меня вопрос, но ответить на него я не успела: Степан возле самого угла опустился вновь на колени и пополз ко мне. Приблизившись вплотную, он вновь распростёрся ниц, поставив мою левую ногу себе на голову. Когда я её сняла с его шёлковых смоляных кудрей, он, низко склонившись, протянул мне что-то в двух ладонях.

Я вначале не поняла что это было. Потом рассмотрела: кожаный ошейник с пристегнутым к нему при помощи карабина поводком. Нет, не поводком – цепи. Толстой и тяжёлой. На такую обычно волкодавов сажают.

-Что это? У тебя и собака есть? – искренне удивилась я: лая я не слышала, да и никаких признаков наличия собаки, включая мисок для еды, не заметила.

- Да, У тебя теперь есть свой верный пёс – это я.

Я вновь взяла его за подбородок, подняла его голову, посмотрела в глаза…

-Это – обязательно? – я уже не в силах была ни возмущаться, ни удивляться… Я чувствовала, что моя «крыша» не просто едет – плавится… Оставалось просто принимать всё, как неоспоримые факты.

- Нет, такой ошейник не для моего раба. Мы закажем тебе другой, золотой или серебряный, с тонкой прочной цепочкой. А это… а это мы наденем на Дениса!! – я довольно улыбнулась.

- Нет, госпожа…прости меня, госпожа, но ты должна всё это надеть на меня… и кое-что ещё! Лишь после этого ты сможешь отвезти меня туда, где и составили этот договор… Ты должна доказать им, что я – твой раб по согласию.

-Ничего не понимаю… - искренне удивилась я. А как взаимосвязаны вот эти аксессуары и добровольное согласие стать рабом?

- Место хранения всего этого не знал и Денис…

- Сссссссукааааа!!! - прошепелявил сквозь кляп наш пленник.

-Он не смог добиться от меня, чтобы я ему их отдал ни руганью. Ни угрозами, ни побоями… Применить более жестокие пытки он права не имел: это сможешь делать лишь ты, моя госпожа: полностью распоряжаться моей жизнью!

Мне захотелось поскорее попасть в эту таинственную организацию, которая заключает с людьми договоры о добровольном сексуальном рабстве, да ещё и документально всё это скрепляет!!

- Хорошо… что по этикету я должна сделать?

-Надеть мне шею этот ошейник. Не бойся: он внутри обшит бархатом, мне не будет больно… Но если ты решишь меня наказать, тебе достаточно лишь нажать на кнопку возле кольца с карабином – он станет «строгим» ошейником с шипами…

Степан наклонил свою голову над моими коленями. Я взяла из его рук ошейник и застегнула его на могучей шее моего новоявленного раба…

- Брось цепь на пол – я обязан подать тебе её сам в руки – как знак того, что я принимаю своё рабское положение добровольно.

Я всё сделала, как он просил. Невольник, низко опустив голову, протянул мне конец своей цепи на вытянутых вперёд раскрытых ладонях.

Я взяла её. Он не опускал руки. Я поняла, чего он ждёт… Взяла стек, который обнаружила рядом с собой, пока он ходил за ошейником, и наотмашь хлестнула им по ладоням… На них вздулись кровавые полосы… Мне до слёз было его жаль, но правила игры устанавливал он сам… я не подала виду…

- Идём в туалет! - скомандовала я. И отправилась туда, ещё не вполне осознавая, чем я там собралась заниматься с ним вдвоём.

-Разделся! Живо!

Степан замешкался с одним из рукавов рубашки. Стпек немедля опустился ему на накаченные плечи.

- Я сказала «ЖИВО!». На пол! Лицом вверх!

А сама с трудом могла заставить скрыть восхищение от вида его фигуры… Мне хотелось совсем иного… хотелось ласкать его!!! Всего!!! От макушки до пят… Гладить и лизать… целовать, облизывать и обсасывать… Я сама была готова стать его рабыней…

На деле же я сняла наконец-то опостылевшие мне за день трусики, скинула лёгкий халатик, и, расставив ноги по обе стороны его головы, приказала:

- Открыл рот! Живо!

Как я собиралась это проделывать – понятия не имела! Но…вот сначала тоненькая и прерывистая, а потом – упругая струйка горячей моей мочи полилась в рот Степана. Он покорно и с видимым сладострастием глотал её.

Я немного задержала своё мочеиспускание и перешла на уровень его груди, живота…

-Руки! Положил на живот руки ладонями кверху!

Я намеренно уже старалась причинить ему боль: может, одумается, откажется от своей роли? Но он лишь смиренно и безмолвно выполнял мои команды…

Когда я наконец опорожнила свой мочевой пузырь, я потянула вверх за цепь от ошейника, которая была у меня в руках и усадила молодого мужчину на унитаз. Подошла к нему вплотную, взяла в ладони его голову…Боже, как мне хотелось расцеловать его волосы и лицо…припасть губами к уголкам губ, прикоснуться к его глазам… Но я лишь расставила свои ноги пошире, так, чтобы мой небритый лобок оказался на уровне его рта.

-Лижи! Вытирай суше!

Лишь сейчас я заметила висящие на стене плётку из полосок кожи и арапник…

Степан блестяще справился со своей задачей, за что получил от меня увесистый шлепок по правой ягодице, когда он встал, чтобы идти обратно… Я быстро, даже чересчур, входила в роль госпожи. И эта роль мне начинала нравиться…

Проходя мимо лежащего связанным бревном вдоль стены Дениса, я не смогла отказать себе в удовольствии пнуть того что есть мочи носком правой ноги в пах… Тот попытался скорчиться от боли, но верёвки ему этого проделать не дали. Я довольно хмыкнула.

-Я устала!! Я хочу полежать!

-Прости, умоляю. Прости меня, моя госпожа!

Не успела я моргнуть, как оказалась на руках у своего жениха-невольника. До чего же мне было уютно в этой колыбельке!! Я постаралась прикоснуться своим лобком к его руке… ток прошёл по всему телу…

Он внёс меня в просторную залу, подошёл к дивану, накрытому покрывалом из мягких выделанных овечьих шкур с длинным белоснежным мехом. Опустился на колени и уложил меня на него, словно хрустальную вазу. Сам же принял возле меня позу покорности: стоя на коленях, скрестил руки за спиной и опустил голову вниз.

Я смотрела на вороные волны его волос... Вдыхала его запах… Я хотела его!!! Хотела его ласк!!! Сдерживаться становилось всё труднее… Но он сам, того не подозревая, пришёл мне на помощь.

-Моя госпожа… ты должна ещё кое-что сделать со мной! – он осмелился поднять на меня свои огромные глазищи, которые сияли таким счастьем, что мне казалось, словно я сплю.

-Что ещё, моя туалетная бумажка, я тебе должна?

-Да, я твоя туалетная бумага, я – твой мочесборник и писсуар… Я – уже весь твой! – с восторгом едва не выкрикнул Степан.- Но…

-Что, поставить тебе клеймо? – не буду!! – категорически заявила я.

- Не сейчас, - спокойно возразил мой раб.

У меня уже в который раз за этот день зашевелились волосы. Но на сей раз не на голове… Меня возбуждали его слова, его покорность и моя безраздельная власть над ним. Над ним – таким сильным и прекрасным, словно молодое здоровое животное! Над моим Аполлоном!!

-Утешил! Тогда что же тебе от меня нужно еще?

-Завершить мою экипировку, надеть всю рабскую сбрую до конца. Но для этого мне нужно ещё раз удалиться от моей госпожи!

- Валяй. Можешь особенно не спешить – я немного посплю!

-Я сожалею, моя госпожа…

-Обращайся ко мне просто «мэм» - так короче, - перебила я его тираду.

-Я сожалею, мэээм, но я вернусь уже через минуту.

Так и получилось Не успела я сомкнуть глаз, как он вновь стоял передо мной на коленях как тот лист перед травой. На сей раз он держал в руках прозрачный колпачок с отверстием посередине и ремнями, приделанными к нему и приличных размеров стеклянную монолитную каплю, заканчивающуюся округлым концом с одной стороны, и таблеткой-ручкой – на другом. Перед «таблеткой» капля тоже почти сходила в диаметре на нет.

«Мужской пояс и расширитель – он же кляп для анального и вагинальных отверстий» - узнала я приспособления, виденные мною в порнороликах .

-Встал и сходил в туалет! Хотя… Клизма у тебя есть наверняка… Налил тёплой воды и принёс сюда! С целлофановой плёнкой! Блин…за что мне это всё??? Я спать хочу!!!

Через несколько минут «голгофа» для клизмы уже стояла посреди комнаты.

-Раком! Встал! Прогнулся! Удар хлыстом через поясницу подтвердил мою мысль.

-Ноги расставил шире!!! – удары стеком по внутренним сторонам бёдер, почти по мошонке…

В приподнятой кверху округлой и упругой(такой сладкой, с нежной, словно кожица персика, кожей!) попочке Степана чуть-чуть приоткрылось анальное отверстие. Сразу было видно, что сфинктер был «рабочим»… Внутри меня колыхнулась ревность, что раскупорила этот сосуд не я…

Взяв в правую руку наконечник клизмы, я левой еще немного расширила отверстие, и, намеренно грубо ввела наконечник по самый ограничитель ему в анус. Степан даже не охнул… Я открыла краник. Вначале потихоньку, потом – на полную. Пока вода заполняла кишечник моего безответного раба, я, дёрнув его за ошейник(удобная всё же это вещь!!), развернула того лицом к себе.

-Раскрыл пасть! Живо! Умудрилась успеть хлестнуть его арапником по его такой манящей заднице. Взяла стеклянную каплю за таблетку, ввела её острым концом целиком в рот своего будущего мужа… Совершила ею несколько фрикций, повернула по и против часовой стрелки…

-Открыл рот! Стёпа повиновался… - Облизал! Лучше! Увесистая пощёчина превратила его левую щёку из смуглой в розовую. Мне такой цвет пришёлся по душе… При дальнейшем облизывании я повторила процедуру раскрашивания жениха уже с другой стороны. А как он облизывал!!! Как, чмокая сосал эту чёртову каплю.!!! Я впервые в жизни пожалела, что я родилась без хуя!!! Как же он смачно и умело это проделывал…

Когда ,наконец, все три литра были в Стёпе, я рывком вытащила наконечник из ануса и быстро приставила к освободившемуся отверстию кончик капли. В глаза бросился журнальный столик, стоявший возле дивана. Взяв Степана за ошейник, подвела его к этому столику. Он шёл на четвереньках, как хорошо вышколенный волкодав. Подведя, уложила его грудью на столешницу, разведя согнутые в коленях ноги как можно шире. И начала вводить каплю… Осторожно, покручивая её то в одну, то в обратную сторону… Когда самая широкая её часть поравнялась с краем анального отверстия, я рывком загнала её всю по самую рукоятку внутрь.

Не давая рабу опомниться, я начала хлестать его по голой заднице всем, что мне попадалось под руки: арапник, стек, хлыст, кожаная плеть – всё пошло в ход. Не использовала лишь ту, первую семихвостку со свинцовыми шариками на концах: боялась повредить ему мошонку. Он стоял на коленях и лишь изредка слегка постанывал… Когда рука моя устала его хлестать, я взялась за таблетку правой рукой, уперлась в красную от ударов задницу левой и немного потянув каплю на себя, выдернула её из ануса.

-В душ! Сам!! И чтобы всё за собой убрал!! Будет грязно – вылежишь всё языком!!! – я уже знала, что мои угрозы не голословны. Я заставлю его это сделать, а он не посмеет отказаться. Резким движением руки отстегнула карабин с цепью – он будет лишь мешаться мыться… Она осталась лежать вместе с поясом верности и каплей на полу.

Через 15 минут, за которые я успела немного вытянуться, Степан вернулся ещё более прекрасный и соблазнительный, чем уходил. Капельки воды блестели на его волосах, две зацепились за соски. Не вытерпев, я встала и подойдя к нему, наклонившись к его груди, медленно слизала эти капли. А что: мой раб – что хочу, то и делаю: хочу порю, хочу – лижу! Но Степан вздрогнул всем телом… и медленно опал к моим ногам… Распростёрся, припав губами к стопам… Я не шевелилась. Он – тоже. Наконец я выдохнула:

- Поза!

Он меня понял, приняв позу смирения. Я пристегнула карабин вновь к ошейнику. Провела ладонью по его лицу. Обрисовала пальцем контур его припухлых губ… Наклонилась к нему, прикоснулась губами к уголкам его рта… Затем распрямилась и резко ударила его по одной щеке, по второй! И вновь по первой! Ещё раз по второй!

-Ты забылся!!! Подай!!!

Я видела, что в уголках его глаз блеснули бриллиантики слёз, но начавши, нужно было идти до конца. Он наклонился и протянул мне конец своей цепи. Я, размахнувшись, ударила им его по спине… Я готова была саму себя избить этой цепью… Но, стиснув зубы, продолжила экзекуцию. Потянула за ошейник его к себе, стараясь не смотреть на ссадину на спине, оставленную цепью. Всё то, что я сейчас причиняла своему Степану, вся его боль, выльется в пять раз бОльшей боли Дениса, пока так лежавшего в коридоре.

Не отпуская ошейника из рук, отошла к дивану. Села, тем самым заставив опуститься на колени Стёпу. Взяла его лицо в свои ладони. Он старался губами прикоснуться к ним, за что тут же получил от меня по ним удар! Удар получился такой силы, что из уголка губ полилась кровь. Я наклонилась к нему, слизала этот ручеёк языком, облизала его губы…

-Не смей прикасаться ко мне без моего разрешения! На тебе ещё грязь Дениса! Ты не искупил её до конца! Понял? Отвечай!

-Да… - еле слышно прошептал невольник

-Не слышу! – новый удар стека по голым ягодицам.

-Да! – четким голосом.

-Отлично! Встал!

Степан встал возле меня неподвижно как статуя. Я взяла в руки колпачок от эрекции и пристегнула его к его уже начавшему возбуждаться члену. охладить пыл того, шлёпнула пару раз по нему ладонью. Ощутимо шлёпнула. Опал… Ремешки охватили ствол члена, придавили чашечку к лобку. Я вытащила в отверстие край головки. Ну разве я могла удержаться? Конечно – нет! Лизнула её языком, проникла в самую сокровенную глубину… Ноги Степы … Очередной удар стека вернул его на землю.

-Повернись!

Он повернулся ко мне своими истерзанными ягодчками… Я прикоснулась к ним по очереди губами, провела языком по ложбинке между ними.

-Ноги! Расставил!

Он расставил ноги на ширину плеч, я согнула его в поясном поклоне. Анус открыл свой рот. Я провела по его краю язычком, слегка поникнув в него.

-Повернись ко мне! На колени!

Я ввела в открытый рот Степана каплю, которая пахла его еще не промытым анусом… Процедура повторилась полностью.

-Встал в прежнюю стойку! И ноги пошире развёл, да?!!!

Я стала ввинчивать каплю в его многострадальный анус. Уже вколотив её до самого упора, немного вытащила назад и накинула на узкий перешеек между концом капли и таблеткой петельку от пояса верности, протянув кожаные натянутые до предела ленточки, через нежную промежность Стёпы. Пояс захлестнулся надёжно… Оставалось уложить саму цепь так, чтобы она не болталась по земле при ходьбе. Но это – после.

А сейчас…наконец-то!! Я легла поперёк дивана, свесив ноги на пол, подтащила к себе вплотную за ошейник раба и, притянув его голову к бугорку своего лобка, хриплым голосом от охватившей меня похоти и страсти, скомандовала:

-Лижи!! И не дай Бог я не кончу!!! Можешь помогать себе руками.

Дважды себя просить он не заставил. Закинув мои ноги себе на плечи, он погрузил своё лицо в моё лоно. Он ласкал то лижа, то слегка прикусывая нежную плоть моей пизды, вот он добрался до стоящего торчком клитора… Захватил его в рот. И зачмокал, отсасывая и одновременно щекоча его языком!!! Я выгнулсь дугой навстречу его рту, прижала к себе его голову что было сил и начала елозить своим желобком по его носу, губам, тереться о них… Его язычок уже во всю орудовал внутри меня. Мне осталось ещё чуть-чуть, самую малость до разрядки… Я вцепилась в его кудри обеими руками…

-Мальчик мой!!! Мой сладкий мальчик!!! Ещё…ещё!!! Ещё немного… Он скользнул губами по моей промежности и проник язычком в мой анус, предварительно облизав его. И начал трахать меня в попочку своим горячим влажным таким нежным язычком, одновременно пальцами ебя моё влагалище, а я помогала ему, дроча свой клитор, набухший как маленький хуй.

Наконец долгожданная разрядка наступила… Моё тело сотрясла череда сладостных конвульсий. Открытый рот Степы поглощал . терпкую влагу, пахнущую мной и моей страстью.



3.

Я обессиленно откинулась на подушку… Сладостная истома не хотела отпускать… Промеж моих ног всё ещё лежала голова Степана, приникшего своим жадным горячим ртом к моему естеству… Ах, как было хорошо! Но нужно было делать дела, чёрт бы их побрал!!

Я, согнув правую ногу в колене, отпихнула стопой в грудь раба от себя. От неожиданности он отлетел метра на полтора от дивана… Сел на пол, но быстро встал в позу повиновения.

«Молодец, сообразил!» - подумала я.

- Ко мне! Быстро!

Не поднимаясь с колен Степан приблизился к дивану, не смея поднять на меня глаза… А у меня в голове застряла мысль: как сделать так, чтобы и цепь не отстёгивать – в этой долбанутой шараге, куда нам предстояло ехать, рабы были обязаны появляться с пристёгнутой цепью, и чтобы она не мешала Степану… Да и встречных не хотелось особенно эпатировать…

Конечно, можно было бы пристегнуть её у входа в здание, но как знать: вдруг они наблюдают за всеми телодвижениями входящих? А ехать с ней…вокруг шеи не обмотаешь: такую тяжесть только слону под силу волочить… Я посмотрела на цепь повнимательнее…О-па!! Да здесь всё предусмотрено! Примерно на середине её длины, чуть ближе к концу с карабином одно звено было крупнее всех остальных и имело поперечную перекладинку, крепившуюся на малюсеньких шурупчиках…Это кольцо можно было использовать как ручку короткого поводка и для привязи невольника к стене. А можно… я посмотрела на пояс верности на вспухшем члене Стёпы…там были два маленьких колечка-ушка, расположенных тоже диаметрально! Решение было найдено! Оставалось найти ещё один карабин, чтобы пристегнуть цепь сзади к ошейнику. Нашёлся и он—на самом ошейнике.

- Цепь!

Стёпа вновь опустился на колени и подал мне конец цепи. Я стегнула им по его широкой многострадальной спине.

-Шевелись! – Хотя он не замешкался ни на минуту… Я пристегнула цепь к ошейнику.

-Встал!

Степан встал возле самого дивана. Ни один мускул его не вздрогнул, показывая, что ему больно…Я опустила цепь вниз. Она легла посередине шикарной его груди, между двумя маленькими сосками, которые скатались в вишневые камушки… Небольшая кучерявость придавала дополнительной сексуальности, не огрубляя её… Затем – через пупок, и вот она –на уровне колпачка пояса верности…

Я схватила нарочито грубо Степана за этот колпачок, ранула его на себя. Стёпа подался, вперёд, словно гибкая ветка тополя. Ни звука… Открутив шурупы – ограничители, я вставила перекладинку уже не только в цепь, но и в ушки пояса… закрепила… кольцо цепи как раз дополнительно удерживало пояс. Не удержалась – пощекотала розовую головку члена… Смочила свой палец слюной и провела им по ложбинке….на кончике головки появилась прозрачная капелька… Притянула Степана за поясницу к себе, слизнула эту каплю желания… Где-то в самой глубине невольника послышался то ли вздох, то ли стон…

-Ноги! Раздвинул ноги!

Стёпа повиновался. Я протянула конец цепи между его ног, уложила в ложбинку между ягодиц, которые тут же сомкнулись и скрыли её. Подняла вверх до ошейника. Зацепила маленьким карабинчиком. Всё. Наружу выглядывал лишь небольшой хвостик цепи. Его мы спустим тоже на спину, а подходя к зданию я протяну руку и выну его. Длины хватит как раз для того, чтобы можно было вести невольника, не поднимая руки кверху.

-Отнеси меня в ванну!

Стёпа с явным удовольствием взял меня на руки…Я прикоснулась пальчиком к его набухшим соскам… провела по губам- припухшим, сухим и горячим! Потянулась к ним своими губами… Провела по ним своим язычком – влажным и горячим… Заставила его разжать сомкнутые губы, проведя между ними язычком… Внезапно взяла свободной рукой за подбородок снизу и оттолкнула от себя. Мы были уже в ванной комнате..

-Поставь меня на пол. Кто будет сейчас моим писсуаром- ты или Денис?

- Я!! Я, о, моя госпожа! Степан умоляюще смотрел на меня из позы повиновения. Он заслужил наказание – без команды опустился в неё, да ещё и голову поднял… Но я решила, что уринотерапия и послужит этим наказанием.

Степан открыл свой рот, я направила струю своей мочи ему прямо в горло, в результате чего он едва не закашлялся, но сумел сдержаться. Когда мой мочевой пузырь полностью освободился, я велела поставить меня в ванну и помыть меня под тёплым расслабляющим душем…

В махровом полотенце было уютно как в детстве. Сильные руки моего раба укачивали… Однако расслабляться было некогда…

-Одежду! Живо! И одевайся сам!

Мы оделись стремительно, почти как в армии. Я даже губы накрасить умудрилась успеть…

Нам оставалось что-то предпринять с Денисом. Можно, конечно, было его забросить на заднее сиденье автомобиля, но в случае ДТП или ещё какой непредвиденной ситуации пришлось бы ещё и с полицией объясняться… К тому же тогда его бы наверняка оставили бы для наказания в конторе, но мы бы лишились такого удовольствия, как живая туалетная бумага. Хотя бы на сутки.

-Станок есть?

-Какой, моя госпожа?

-Ну не бритвенный же, правда? Что ты тупишь-то? Типа того, в которые ставят тёлок для покрытия их быками.

-Ааааа! – довольно ухмыльнулся Стёпа! Есть! Он меня туда ставил… - губы его страдальчески изогнулись впервые за весь вечер… - когда впервые насиловал…

-Вот теперь туда мы поставим его! Сейчас трахать нам его некогда – приедем, отдохнём и займёмся им вплотную…

-Не удастся!! Рылом не вышли!!! – это подал голос умудрившийся освободиться от своего кляпа Денис! – этот лох сам покорно в него встал!! Я не дамся!

-Стёпа, кляп! Живо! Каплю! И побольше!

Пока до нашего пленника дошло в чем дело – в его пасти уже сидела точно такая же капля, как в попочке моего сладкого невольника, но побольше диаметром – с обычную электрическую лампочку диаметром, выступая на улицу лишь своей таблеткой-ручкой. Как известно, без посторонней помощи лампочку вытащить никому не удавалось даже с развязанными руками. Вой, по силе равный пожарной сирене, нам удалось предотвратить, а значит – соседи нам уже были не страшны.

У Дениса от страха и ярости его белёсые глаза почти вылезли из орбит.

-Стёпа. тащи станок в ванну!

Пока Степан ходил за станком в кладовку, я принесла плётку-семихвостку – ту, со свинцовыми шариками на конце. С этим типом я церемониться не собиралась. Не дожидаясь появления Степана, я начала его обработку: плеть со свистом опускалась на тело Дениса, пока ещё не раздетого, но от боли это спасало мало. Я била его, начиная с головы, заканчивая пятками, стараясь не пропустить ни сантиметра… Денис извивался, корчился, его глаза налились кровью…но он не в состоянии был проронить ни звука, кроме невнятного мычания. Самые сладкие удары – по мошонке и промежности я оставила напоследок – когда мы его развяжем, чтобы установить в станок.

Тем временем Степан принёс то, о чём я его просила. Это оказалась лёгкая, но прочная конструкция из никелированной стали: такую не поломаешь, не разобьёшь! И она удивительным образом гармонировала с интерьером ванной комнаты!

-Развязывай его. Потихоньку. Сначала – ноги. Возьми какой-нибудь нож подлиннее. Сабли случайно нет?

-Не нужно, госпожа, я справлюсь с ним! Теперь я справлюсь с ним!

Стёпа подошёл к поверженному своему бывшему господину, сел на него верхом, лицом к ногам и быстро разрезал верёвку, завязав оставшийся конец на его талии. И поднял на меня глаза, ожидая дальнейших указаний.

-Раздевай его! Штаны, трусы – всё на помойку!

Дважды мне просить не пришлось. В полусумраке коридора белела бледная задница Дениса в кровавых полосах. Я довольно усмехнулась и взяла в руку плётку… Денис, угадав мои намерения, захотел замотать в знак протеста головой, за что получил первый удар новой серии – по тощим ягодицам.

-Встать!

Денис медлил, Степан стоял рядом, не решаясь к нему приблизиться.

-Встать! Удар плетью промеж ног заставил его подобрать их под себя.

-Встать, падла!!! Удары посыпались один за другим!

-Стёпа, растяни ему ноги!

Мгновение ока и ножные браслеты уже сжимали щиколотки Дениса. Ещё секунда ион оказался распятым посреди коридора. Ноги почти на шпагат были растянуты от одной стены к другой.

Ох, я и дорвалась!!! Я пинала его и порола!! Порола всем, чем придётся! Единственное, на что не решилась – наступить на его пенис ногой – испугалась, что после этого он уж точно годится лишь на ампутацию…

Степан смотрел-смотрел на мою вспышку ярости, потом кинулся мне в ноги, обхватил руками колени и закричал:

-Госпожа! Моя госпожа!! Хватит!!! Бейте меня! Но перестаньте бить его – Вы его убьёте! Остановитесь, мэм!!!

Как это ни удивительно – я остановилась…провела рукой по чернявой кудрявой голове Стёпы, захватила пучок волос между пальцев и оттянула их назад, заставив его посмотреть мне в глаза… В его глазах не было страха. Там застыли слёзы… Я провела ладонью по его волосам… Он схватил мою ладонь и прижался к ней губами.

-Бейте, порите, убивайте…но я поцелую Вашу руку! Сам!

-Дитё!!! – только и вырвалось у меня… Я сама готова была зарыдать…

-Фиксируй его в станке. Да не забудь всего раздеть!

-Да, мэм! – с живостью откликнулся молодой мужчина.

Через пять минут всё было готово. Денис стоял в станке на четвереньках в позе «раком» с разведенными в стороны бедрами, по которым стекали ручейки крови. Не очень большие – от кровопотери не умрёт!

-Шланг небольшого диаметра есть?

-Как клизма? Нет, потолще!

-Сейчас посмотрю!

-Давай быстрее! Мне уже надоело!

Таблетка-ручка капли оказалась аккурат напротив того места, где у меня был лобок.

Стёпа бегом вернулся, неся в руках шланг чуть потоньше садового поливочного.

-Вставляй ему в зад!

Вставил.

-Подключай воду. Можешь – холодную, но не ледяную. И – промывай!!!

Экзекуция длилась пять минут . Ещё пять минут Стёпа смывал всё в канализацию- дырка была аккурат между стеками станка.

-Каплю!

Стёпа протянул руку и достал с полочки над входом розовую каплю такого же размера, как и во рту Дениса. Здесь я уже мелочиться не стала. Слегка мазанула смазкой её конец и с силой вбила её в анус Дениса. Из него закапала кровь. Плевать! Переживёт!

-Всё! Едем!

Наконец-то мы вышли из квартиры…



4.



Стояли удивительные, волшебные Белые ночи. Когда закат практически без передыху переходил в восход. Вот бы так мужики могли: опал-встал-опал-встал!)))

Машина Степана стояла неподалёку от подъезда. «Интересно: я сегодня вообще спать лягу или- как?» - пронеслось….нет – протянулось словно резина в уже затуманенном усталостью и всеми стрессами сегодняшнего дня мозгу. Видимо, видок у меня был ещё тот: глаза сто пудов налились кровью: они у меня резали, словно в них насыпали песка.

-Мэм, моя госпожа, умудрившись и за рулём склониться к моим ногам, заводя мотор, прошептал Степан, - ложитесь сзади и поспите немного. Давайте я приготовлю Вам постель.

Я недоумённо посмотрела на него. Вроде не служанка, не горничная… да и что, я мало ему сегодня боли и унижений причинила и сейчас причиняю? Я потянула за конец цепи. Степан немного побледнел – цепь рванула пенис. Побледнел, но не издал ни звука.

-Я не сбегу… верьте мне…куда мне бежать без документов? Всё равно найдут – ещё хуже будет… Но даже если бы не нашли – я не сбегу от Вас, моя госпожа!

«Конечно, не сбежишь! – у тебя такое жильё, дармовые бабки за твоё рабство… А коли сбежишь – ещё неизвестно куда угодишь, и уж точно всё потеряешь»,- подумала я, но вслух лишь буркнула, отпустив цепь:

-Стели!

Невольник открыл багажник и достал оттуда подушку, простынь и лёгкий плед: по-видимому спали здесь частенько… Я невольно брезгливо передёрнула плечами – неизвестно кто и с кем спал здесь, на этой вот простыне!

Степан словно прочитал мои мысли:

-Это новые простынь и наволочка. И плед – тоже только куплен.

Принюхавшись, я действительно ощутила запах свежести. Белье приятно шуршало. И манило раздеться догола – таким оно было шелковистым на ощупь… Чем-то напоминало велюр. Но, естественно, не то что до гола, но и до исподнего-то раздеваться было нельзя: как-никак, хоть и через весь город, но не в дачный посёлок отправлялись… Пришлось ограничиться тем, что разулась и сняла джинсы… Дорожные лёгкие штанишки были под ними – я вновь при выходе из дома натянула на себя всё, что было на мне в дороге. Оказалось, что не прогадала. Хотела перекинуть конец цепи через спинку водительского кресла и зафиксировать перед собой – там, сзади, был специальный крючок-карабин для фиксации. Но я побоялась, что Степан свернёт себе шею… Хватит с него пока моих издевательств. Уже свернувшись калачиком и укрывшись пледом, почти засыпая, я вдруг вскочила:

-Степан! А как ты автомобилем управляешь без документов?

-Почему без документов? – удивился тот. – У меня водительские права и документы на машину с собой.

-Фууф…это я уже устала… Всё. Сплю. Разбудишь, как будем подъезжать . Куда-нибудь свернёшь в закоулок – чтобы я себя потом в божеский вид привела.

-Да, мэм. Будет исполнено.

Я в этом ни секунды не сомневалась и спокойно провалилась в сон.

Спалось сладко и покойно. Как дома. Мягкое сиденье, лёгкий уютный плед…почти неощутимое покачивание при езде... И полный покой в многочисленных пробках… Стёпа включил еле слышимую музыку. Такую интимную…почти осязаемую…шелестящую… Снился вишнёвый сад в кипельном белом цвету. Май…аромат цветов и трели соловья из ближайших кустов сирени чувствовались так явственно, что я решила, что не сплю. А всё это происходит со мной наяву. Приоткрыла в полусне один глаз - стоим в очередной пробке. В салоне аромат вишнёвого цветущего сада с тонкой едва уловимой ноткой сирени… Стёпка, паразит, распылил освежитель воздуха и включил в плеере записи звуков живой природы! Я довольно ухмыльнулась как Чеширский кот и вновь впала в сладостное забытьё.

Проснулась от того, что почувствовала на своих стопах поцелуи Степана. Он стоял возле открытой со стороны моих ног задней дверцы нашего авто на коленях на асфальте и лобызал их, нежно, словно лепестками роз, касаясь моих ног. Он, как и обещал, заехал в глухой переулок и начал меня таким образом будить.

Первым рефлексом было дать пяткой в лоб. В прямом смысле. Вовремя одумалась и сменила гнев на милость, протянув правую, которая лежала сверху, ногу, вперёд и провела большим пальцем ему по губам. Эротично так получилось! Невольник не сдержался, обхватил обеими руками ногу и припал к пальцам страстным поцелуем. Я со сна была доброй – засунула их ему рот и промурлыкала:

-Соси!

Что Степан и проделал с видимым удовольствием и большим умением. Когда я решила, что правой ноге уже достаточно его ласк, резко её вырвала и подсунула взамен левую… Всё повторилось с точностью. Хоть хронометром время засекай.

-Достаточно. Свободен, - вырывая из пересохшего уже рта раба свою ногу, смилостивилась я.- Попей минералки и дай мне.,

Он налил в пластиковый стаканчик прохладной – из сумки-холодильника – воды и протянул его мне, уже сидящей на сиденье. С удовольствием напившись, с трудом удержалась от соблазна плюнуть в стакан и заставить выпить плевок Степана. Всё же безнаказанность развращает… Но в последнюю минуту решила, сто такой «милостью» удостою Дениса – не всё же ему уриной будет лечиться!

-Себе налей не забудь!!

-Да, мэм! Благодарю Вас, мэм!!

Напился и Степан. Почувствовав, что смерть от жажды мне не угрожает, я наконец-то достала из сумки свою косметичку и начала приводить себя в порядок, ещё не обувшись.

Когда моя морда лица была приведена в боевой вид, я вновь позвала Стёпу:

-Обуй меня!

Он вновь подошёл к правой задней дверце «Опеля». Взял из салона мои балетки и, опустившись на колени, стал ждать. Обувшись, я с его помощью вылезла из машины, расправила крылышки, потянувшись. Стёпа в это время убрал постель в багажник. Мы были готовы на последний отрезок пути до конторы.

Ехать оставалось недолго. Повернув раз пять то налево, то направо по узким, почти европейским, улочкам, мы подкатили к ничем не отличавшемуся от соседних зданий, практически незаметному от угла улицы мышиному цвета четырёхэтажному зданию.

-Наша контора, мэм, - низко склонившись в почтительном поклоне, сказал раб.

Он помог мне выйти из машины. Пока он закрывал дверцы, я успела вытащить конец его привязи наружу. Он подошёл ко мне и опустился на колени в позе повиновения. Я протянула руку. Стёпа, не поднимая головы, вложил мне в неё конец цепи. Я, сделав большой замах, так, чтобы при наблюдении в камеру создалось впечатление сильного удара, слегка хлестнула его по спине – свою порцию он уже сегодня получил… Хлестнув, я потянула его за ошейник вверх. Невольник встал, не смея поднять головы.

-Вперёд! Веди меня!

Мой будущий муж собрался вновь опуститься на колени: по-видимому, хотел произвести впечатление и проползти на них расстояние до парадного входа!

-Встань! Ты что – на Голгофу взбираешься? Не переигрывай! Пошли!

И мы пошли.

Подойдя к двери, Стёпа распахнул её передо мной, пропустив меня вперёд, в результате чего я едва не свернула ему шею. дернув за цепь, проходя мимо него. Наконец мы в холле. В окошке дежурки то ли швейцар, то ли привратник – позже оказалось, что это – охранник, старший по смене. Мы поравнялись с ним. Я достала свой паспорт и объяснила цель своего прихода:

-Здравствуйте, мне нужно переоформить договор добровольного сексрабства на…- я назвала ФИО Стёпы. – и заодно оформить ещё кое-какие неурядицы с его прошлым господином.

-А где он?

-Кто?

-Его бывший господин?

-Дожидается нас дома. Он очень устал и решил передать свои документы мне сразу дома.

-Хм…поскрёб пятернёй в лайковой перчатке мужик,- но…вообще-то у нас так не принято…

-В каждом правиле есть свои исключения. Я с дороги – приехала сегодня из другого города и очень устала.

Здесь вмешался мой жених:

-Хозяин в курсе. Он ждёт нас. Сообщи ему.

Мой слух резануло его обращение на «ты» с охранником. И то, что тот не возмутился и не одёрнул моего раба за такую дерзость. Решила отложить выяснение причины такого поведения обоих до возвращения домой.

Охранник взял в руки рацию и набрал внутренний номер.

-Александр Андреевич? Здесь Стеша привела свою госпожу. Говорит – Вы в курсе. После полуминутного молчания – видимо, он выслушивал ответ шефа, шлагбаум перед нами опустился.-Можете идти. Шеф вас ожидает.- И, уже обращаясь к одному Степану: - надеюсь, дорогу не забыла, Стешенька? – гадливо усмехнувшись, он намеревался ущипнуть за крутую ягодичку Идущего впереди на поводке Степана, но я, резко повернувшись, что было мочи стегнула его по руке плёткой – при выходе из машины Степан всучил мне её едва не насильно. «Пригодилась!» - удовлетворённо хмыкнула я. Охранник скрипнул зубами.

-Не твоё – не лапай! И едва заметно потрепала раба сзади по затылку. На долю мгновения Стёпа прижался затылком к моей ладони…

На противоположной стороне холла виднелись две двери лифта. Вроде одинаковые. Но жених меня уверенно повёл к дальним. На дверце была нарисована цепочка.

-Для господ с рабами, -ответил Стёпа на мой немой вопрос.

Зашли. У стены стояло обитое искусственной кожей кресло. Рядом с ним – станок. Такой же, в котором у нас в ванной остался Денис… Я невольно присвистнула: это по-видимому, для тех, кому особо не терпится – со всеми удобствами. И наказать опять же можно примерно; в станок поставил, дырки все раскупорил – и пользуйся кому не лень. Степан уже стоял возле меня в позе смирения и ждал.

-Чего ждёшь? Жми! Далеко ехать-то?

-Второй.

-Могли бы и дойти.

-Нельзя. Этикет.

Я подумала о том, что если согласно этому этикету кому-то вздумается отыметь моего Стёпу-Стешу – я отымею того сама! Пусть даже ценой своего здоровья! Да и невольник мой заслонит меня собой – я была в этом уверена.

Через пару минут дверь открылась. Мы прибыли на второй этаж. Степан, не вставая с колен, развернулся, и в такой же позе отправился по ковровой дорожке к дубовой двери кабинета, находящегося прямо напротив лифта.

Улучшив мгновение, когда мы попали в слепую зону очередной видеокамеры, он повернулся ко мне и сказал:

-Сейчас мы войдём в «предбанник». Госпожа, ты должна будешь раздеть меня догола, поставить на четвереньки и в таком виде ввести в кабинет.

-А самой мне случайно оголиться не нужно? – уже со злом, почти в полный голос, поинтересовалась я.

-Что ты, мэм! - искренне удивился невольник, - к тебе здесь никто и пальцем не притронется. Впрочем, как и ко мне – без твоего на то желания.

-Ну-ну…поглядим-посмотрим…

Вползя на коленях в «предбанник» и затащив по сути туда меня, Стёпа, едва перешагнув порог, остановился в позе покорности.

-Втать! Живо!

Он встал, не смея поднять на меня глаз.

-Разулся! Разделся! До гола! Махом!

Степан начал выполнять приказание. Вновь немного замешкался с рукавами – нужно было бы заранее расстегнуть пуговицы на манжетах: его крупные ладони не пролезали в застёгнутые.

Удар! Плеть опустилась со свистом на одно плечо. От неожиданности он вздрогнул и ему «наградой» был ещё один удар – по другому плечу: играть – так играть!! Нужно было предупредить меня обо всех тонкостях заранее.

Наконец рубашка лежала на скамейке возле стены. Начал стягивать джинсы. Стоя это делать неудобно. Сесть на скамейку я ему не предложила. Вновь заминка. Специально, словно бы неумышленно разворачиваю его заклёпанной задницей к камере. На! – сочный удар плетью по его такому прекрасному заду. Рубцы вспухли сразу. Ничего – не страшно -= эта плеть из секс-шопа. Пока будем отсюда уходить – рубцы исчезнут. Вильнул задом – получил тут же добавок. Остался в белейших плавочках , до одурения соблазнительных на его смуглой коже. Теперь уже заскрежетала зубами я, еле-еле сдерживая стон вожделения.

Ещё удар по заднице.

-Сняяяяял!

Снял. Стоял передо мной в своей сбруе без малейшего намёка на одежду. «Блииииин! За что мне такая мука??? Хочуууу тебяяяяя!» - мне кажется, что это кричали не только мои глаза, но и всё остальное тело тоже…

-На четвереньки! Раз! – я замахнулась над Степаном, но стегнуть его не пришлось: он опустился одним движением и на колени и на руки. Я дернула цепь, которая неизвестно каким образом была вновь у меня в руке. Мы направились к двери в сам кабинет. Я была уже злой. Очень злой. На всех. Поэтому не дожидаясь, пока Стёпа головой или рукой откроет дверь передо мной, я распахнула её сама – пинком правой. Вошла и втащила теперь уже слегка упирающуюся свою Стешу. – я явно начала менять протокол встречи… Но мне было на это уже полностью наплевать.

-Здравствуйте, Александр Андреевич! – не задерживаясь у порога и не дожидаясь приглашения войти, я направилась, ведя в поводу Стёпу, прямо к большому, инкрустированному столу черного дерева. В торце которого восседал серенький, ничего собой не представляющий, с лицом ничего не выражавшим, если бы не живые, как буравчики, чёрные глаза, мужчина примерно моего возраста – лет 45-50.

-Здравствуйте! – неожиданно приятным баритоном произнёс хозяин кабинета, -я о Вас наслышан, проходите, присаживайтесь – показал на стул сбоку от своего кресла. Стешу можете поставить в станок – я только сейчас заметила точно такой же агрегат возле окна. Если невольника поместить в него – его анус будет как раз напротив стола….

-Нет, мой невольник станет рядом со мной – это МОЙ невольник, - не терпящим возращения тоном произнесла я, подчеркнув слово МОЙ. И тут же, не дав шефу Стеши опомниться, невинно поинтересовалась:

-И от кого же Вы уже осведомлены обо мне? Стёпа Вам сказать не мог – он ещё и сам меня не знал. Денис – тем более.

- От Ахипыча! – от нашего охранника!

-Аааа!!! От этого старого рукоблуда! Гнать нужно его в шею! – порочит честь заведения

-Класс! – восхищённо воскликнул хозяин, и не стараясь скрыть своего восторга.- Не успела войти, подняла тут на уши всех кого могла и уже порядки свои пытается наводить!

- Пока что корректирую установившиеся, но изжившие себя за ненадобностью,- спокойно парировала я, усаживаясь поудобнее на стул, который умудрился отодвинуть для меня вставший на колени Стёпа. Пока он вставал с четверенек, успел благодарно лизнуть мне тыльную сторону левой ладони – ну настоящий дрессированный пёс!) Я решила ему подыграть:

-Поза! Живо! – и указала пальцем на пол слева от своего стула, где орн по сути уже стоял.

Ещё один мазок языком! И Стёпа застыл возле меня в позе смирения с застывшей улыбкой на довольном лице, опущенном к полу. Ну – само смирение!

«Ну, погоди! Получишь ты у меня дома, лизун несчастный!» - пронеслось у меня в голове, а левая рука опустилась на правую ягодицу мужчины и… я тихонечко, но чувствительно ущипнула его упругую плоть.

-Да Вы не стесняйтесь! Можете щипать, бить, ебать свою…своего невольника сколько угодно! У нас контора именно для этой цели и создана! Тем более, что я его в любых ракурсах уже видел! – полушутя, полусерьёзно сообщил АА.

-Зато меня не видели и не увидите! Но за разрешение – спасибо! Если сильно припрёт - я так и поступлю! – не полезла я за словом в карман. – Вы, конечно, весьма тепло нас приняли, но мне хотелось бы поскорее заняться делом, ради которого мы прибыли и отправиться обратно домой – я хочу спать с дороги – Вам Стёпа звонил накануне, мы проголодались… здесь мой взгляд упал на голую спину раба – она покрылась пупырышками «гусиной кожи» и ему нужно срочно в туалет!

-Ого! Он же молчит!! Откуда Вы это знаете?

-Элементарно: в помещении душно, а его знобит… я не хочу сверх положенного мучить своего невольника! Скажите куда он сможет сходить в туалет! Немедленно! Илия ему сейчас позволю помочиться в вазу!

-Вы это сделаете!! – с довольным смехом согласился хозяин кабинета.-Он знает где здесь туалетная комната.

-Степан! Встал и пошёл!!! Туалетная бумага нужна?

-Нет, моя госпожа! Моя самая любимая на свете госпожа!

Не каждый спринтер развивает такую скорость! АА хохотал от души!!!

-А он за Вас любого голыми руками порвёт!! И экипировали Вы его по всем правилам – хоть на выставку выставляй!!!

Через минуту дверь распахнулась, вбежал Стёпа, рухнул на колени у порога, но потом просто лёг ничком и пополз ко мне. Подполз, уткнулся лицом мне в ступни ног, и я не смогла его от них отодрать. Единственное, только чего я добилась – это, вновь хлестнув его по заткнутой заднице плетью, заставила подобрать ноги под себя. Так он потом и пролежал до конца нашей аудиенции.

- Я слушаю Вас очень внимательно. Какие у Вас ко мне просьбы?

- Отдайте мне документы Степана, в эту ячейку положите документы Дениса.

-А, кстати, где он есть?-перебил меня АА.

-У нас дома – готовится отбывать наказание

-????? – на лице генерального было написано недоумение.

Я вкратце ему всё описала.

-Нужно было привезти его сюда – мы бы его примерно наказали за превышение им своих полномочий Тем паче, что срок рабства Стешы…ой, простите – Стёпы у него истёк ещё вчера.

-Я не сомневаюсь в том, что он был бы наказан – произнесла я, а у самой в голове пронеслось: «Ссуки!!! А Стёпу обманули! На целые сутки! Если бы он знал, что срок его рабства истёк – он бы не за что не позволил бы Денису изголяться над ним при мне!» Но вслух я произнесла другое:

- Но если бы мы его сюда привезли, то лишились бы компенсации – суточного удовольствия поиметь его в рабстве- он утаил от нас срок его окончания!

-Что же, это Ваше право! Завтра приедет Денис, и я отдам Вам документы Стёпы.

-Нет! Вы отдадите их сейчас!

-Но ключ-то от ячейки…

-У меня

-Тогда нет проблем!

-И ещё одно: я сейчас положу в эту ячейку документы Дениса, а ключ я заберу с собой. Как только мы сочтём, что он с нами рассчитался – мы приведём его сюда подобным же образом!

-Но он – вольный!

-Был вольным, станет невольным – я сегодня поставлю ему на задницу тавро невольника! И на лобок – тоже!

-Что Вы себе позволяете?! – вскочил с места, став красным как бурак, АА! Мы даже этой Стешке не ставили клейма!

Здесь поднялся мой Степан, приблизился вплотную к шефу и чётко произнёс, глядя ему прямо в глаза:

-У меня тоже будет клеймо. Но не потому, что моя госпожа так решила наказать меня, а потому, чтобы любой, кто вдруг осилит меня и решит попользоваться мною, знал: у меня ЕСТЬ МОЯ ГОСПОЖА!!!!! И только она вольна распоряжаться мною!!!! Я умолю её это сделать!!! Здесь он развернулся лицом ко мне и снова сполз к моим ногам, шепча:

-Ты вправе наказать меня, жизнь моя – твоя жизнь. Я ослушался тебя и заговорил без твоего на то разрешения…

У меня в глазах стояли слёзы…

-Встань, Стёпа!

-Нет… я не могу…

Я не стала настаивать, сочла нужным добавить нашему хозяину:

-Степан – добровольный секс-раб. И никто не имеет права поставить ему тавро без его согласия. А Дениса я заклеймлю согласно устава этого клуба. И ещё: Вы сейчас выдадите все деньги, причитающиеся Стёпе и золотой ошейник с цепочкой.

-Хорошо. Но…

-Что ещё? – уже полуугрожающим тоном спроси ла я.

- Вы на работу куда собираетесь устраиваться?

Я хотела было сказать, что ещё не думала над этим, но Стёпа вновь меня опередил:

-Моя госпожа, как и все госпожи. Будет сидеть дома!

-Степан! Ты будешь дома за это наказан!

-Я согласен, радостно, словно щенок пролаял, воскликнул мой раб.

-я с радостью сейчас выполню все Ваши просьбы, Лека, но прошу Вас согласиться всего на одну мою!

-Какую?

-Поступить в наш клуб старшим администратором!

-Не отпущу одну! – это уже подал голос мой н раб, но муж!

-Стёпа, а мы и тебя возьмём! Вместо Акимыча! А?? Решайтесь. И направился к стене, противоположной окну. Отодвинул в сторону фальш-панель. Глазам открылись множество ячеек типа банковских. Через пару минут у меня в руках были документы Стёпы, пачка Евро, золотой тонкий обруч-ошейник с длинной тонкой, но прочной цепочкой и вновь – ключ от этой же ячейки, где теперь лежали документы Дениса.

Довольные, мы раскланялись, пообещав через сутки вернуть Дениса обратно и вместе с ним сообщить наше решение.

5.

Выходили из кабинета в обратной последовательности: Стёпа-Стеша на четвереньках голышом и виляя своей запломбированной задницей чуть впереди, я, держа в руке конец его старой толстой цепи - следом за ним.

Подойдя к двери, раб нажал рукой на невидимую мне педальку возле притолки на полу и отошёл в сторону. Дверь открылась мягко и бесшумно. Здесь всё было предусмотрено для ролевых игр господ и их рабов.

Вышли вновь в «предбанник». Вещи моего невольника лежали там же, куда он их и положил. Однако, вместо того, чтобы сразу начать одеваться, мой «пёс» вышел на середину комнаты и лёг на спину, раскинув руки и ноги в стороны.

-В чём дело, Степан???? Ты устал? Скоро будем дома. Или тебе плохо?

-Почешите мне пузико, мэээээм, если я вёл себя хорошо по Вашему мнению, или же одарите меня пинком в бочару – если –напротив, Вы мной недовольны. Это – заключительная часть ритуала…

Я нависла над распростёртым телом своего невольника. Чёрт возьми! До чего же он хорош!! Неужто он всецело принадлежит теперь мне и душой, и телом??? Я не могла в это поверить. Опустила плеть рукоятью вниз и провела ею по центральной ложбинке Степановой груди, под натянутой цепью. Довела до лобка. И перешла на внутренние поверхности бёдер… Сначала левой ноги, потом – правой. До самых щиколоток. Пошевелила кончик пениса, жадно выглядывающий сквозь отверстие колпачка пояса смирения. Почувствовала, что он напрягся… Степан вздрогнул… Пора было заканчивать хулиганить, иначе неизбежно пришлось бы наказывать это такое роскошное распростёртое передо мной тело. А я не хотела его бить. Сейчас не хотела.

-Вставай, лодырь! Одевайся, а я пока посижу! Да поживее у меня! А то поставлю дома второй станок и будете с Денисом болтать всю ночь напролёт в туалете!

Дважды приказывать не пришлось. Не прошло и пяти минут, как все позорные символы рабства были скрыты цивильной одеждой. Я встала, подошла вплотную к молодому мужчине и, одной рукой нежно ероша его пушистую шевелюру, вытащила уже ставшую ненавистной мне цепь. Я видела: он хотел прижаться губами к моей ладони. Но не посмел! За что был вознаграждён от меня поцелуем в висок. Медленным и почти неосязаемым! Его глаза закрыла поволока неги. Но расслабиться я своему рабу не позволила: дёрнула за поводок и вывела из комнаты на площадку перед лифтом.

-Всё!! Я почти уже здесь работаю, и мне плевать на то, что здесь требуют по уставу от сумасшедших клиентов! Вниз мы идём пешком! Это всего 2 пролёта! Вперёд! В ответ я услышала ликующее:

-Гггггааааввв!

Проходя мимо конторки охранника, я помахала ему рукой. Совсем скоро его здесь не будет. Здесь всё будет совсем другим. Таким, как этого захочу я. Или меня здесь не будет. Я не сомневалась в этом ни минуты.

Наконец-то мы на улице! Свобода!! Как же хотелось прогуляться пешком! Подышать питерской влагой…Но… «Опель» стоял на своём месте и ждал, когда мы займём свои места. Перед моими глазами живо нарисовалась картинка: задняя левая дверца отворяется и оттуда на четвереньках, точно в такой же амуниции, в какой сегодня вынужден разгуливать мой жених, но вдобавок. ещё стянутый по «периметру» корпуса – через бёдра и предплечья кожаным ремнём так, чтобы он не мог выпрямиться, выползает Денис. Тонкая стальная цепь удерживает его возле машины на расстоянии не дальше метра.

Она приварена и к кольцу в основании рамы пола автомобиля, и к его ошейнику. На ошейнике кодовый замок. «Это идея!! Я сменю свой гнев на милость и сделаю его своим сторожевым псом! Завтра нужно будет обговорить это с Сашкой. В мыслях АА для меня уже был просто Сашкой. И ещё нужно в пояс верности вмонтировать маячок. Чтобы можно было отслеживать передвижение невольника. Я уже предвкушала всю приятную суматоху по поводу перевоплощения в новую роль Дениса. Но вначале он должен до конца отработать свою первую роль – туалетной бумаги. Я специально терпела и не пошла в туалет в офисе – всё несла ему, домой!!!

Степан бросился открывать мне разблокированную заднюю дверцу – благо я выпустила из руки поводок, а то или он бы меня уронил на асфальт, или же сам удавился. И умудрился-таки успеть улечься перед этой самой дверкой. Дескать, шагайте, барыня, по мне!

-Встал, идиот!! Это тебе что, джип что ли? Кстати, у меня есть предложение по поводу моего свадебного подарка. Собираем со всех презенты валютой, добавляем вырученное от этой колымаги и покупаем… ну там посмотрим из того, сколько будет в наличке!

Стёпа встал.

-Не уходи далеко – сними с меня эти чёртовы туфли! Всё!! Домой понесёшь меня на руках! У меня сил больше топать нет!

Степан явно довольно улыбнулся….

-Продать эту «колымагу» не удастся, мээээм! – нараспев протянул он, поворачивая ключ зажигания в замке. – А потому и покупать любую другую машину не имеет смысла.

-Это почему ещё не удастся? Теперь нам всё удастся!

-Это – «служебная» машина. Я ей владел до тех пор, пока был невольником Дениса – по договору.

-А теперь всё, чем владел Денис, плавно перетекает в твои карманы, лопушок ты мой! Тоже по договору, который мы сегодня заключили. А так как ты, в свою очередь, перетекаешь в моё вечное пользование – пока или ишак не сдохнет, или падишах не помрёт, то – в конечном итоге ко мне! Теперь уже снисходительно улыбалась я, трепля наконец-то без стеснения своего первого секс-раба по голове.

Он понял, что сейчас можно, я не рассержусь за ослушание и приник лицом к моей раскрытой ладони. Обхватил мою руку своими и начал покрывать страстными поцелуями. Сначала- робкими, едва прикасаясь к коже своими пересохшими губами. Но потом всё более смелел, поцелуи становились всё более настойчивыми, продолжительными… У меня заныло между ног, заёкало… Меня охватила такая истома желания, что я испугалась, что мы будем не в состоянии стронуться с места. Пора было заканчивать с этим маскарадом. А значит – ехать домой. Благо было уже почти 11 часов вечера. Вечерние сумерки белых ночей были в самом разгаре. Пробки поуменьшились: нормальные люди давно были дома, поэтому на дорогу обратно мы должны были затратить намного меньше времени, чем сюда.

-Всё, остынь! А то придётся водой тебя из холодильника поливать! Кстати, давай попьём лимонадику, а то у меня ощущение такое, словно мы в конторе полдня провели!

С видимым сожалением Степан выпустил мою руку из своих и выполнил приказание. Я вновь потрепала его по волосам. Привыкала к обращению с цепным кобелём: я теперь уже не намерена была так быстро расставаться с Денисом. Пока мои ещё в моём родном городе – это точно. А там посмотрим.

Как я и предполагала, обратная дорога заняла у нас всего минут сорок. Ура! Наконец-то показался угол стёпиного, нет – моего дома!



6.

Прибыли. Припарковались на удивление удачно. Не понятно каким образом, но прямо напротив нашего парадного было свободное место: по-видимому, кого-то нелёгкая понесла куда-то на ночь глядючи. Впрочем, это и понятно: пора Белых ночей – пора гостей в Северной Пальмире. А сейчас – время развода мостов. Вероятно, кто-то из наших соседей повёз своих родичей или знакомых любоваться этим зрелищем. Я это видела уже несколько раз в прошлые свои визиты в Питер. Вроде, и ничего такого: ну развели мосты, но прошли в почти кромешной тьме( несмотря на Белые ночи, мы почему-то всегда попадали в пасмурную погоду с сыном на развод) баржи… Там и не видно-то практически ничего кроме огней на кораблях и мостах… Но таинственная магия этого действа завораживает…

После того, как помог мне обуться – с обязательным опусканием на колени, Степан закрыл салон, проверил сигнализацию и, вновь подойдя ко мне, опустился передо мной в позе повиновения..

-Мы ещё не дома! Хорош собирать грязь коленями! Я домой хочу!

Невольник молча встал, наклонился и легко, так, словно я была пушинкой, взял меня на руки. Подъезд открывала я. Вот и наша дверь. Невольно прислушалась: тишина. Хотя как бы Денис пошумел бы, если бы даже и захотел? Стеклянный кляп-каплю самостоятельно и с руками-то свободными не вытащить. А уж в станке-то – тем более.

Поворот ключа – это тоже сделала я, потому как мой верный раб и не подумал поставить меня на пол, и мы – дома!!!!!!!!!!

Внеся меня в коридор, Степан, не спуская меня с рук, плавно, словно боялся расплескать полную чашку с водой, опустился на колени. Лишь после этого он поставил меня на пол и прижался губами к моим туфлям.

-Обалдел!! Прекрати облизывать грязь! Немедленно! А потом будет меня целовать этими же губами, обормот!

Степан поднял на меня полные слёз восхищения глаза и вновь опустил голову к самому полу- теперь уже целуя мне стопы ног, которые по очереди вынимал из туфлей.

Я испытала неземное блаженство!!!

-Замкни дверь, а я – в туалет!!!

Терпеть больше не было мочи.

Я влетела в туалет. Посредине, как мы его и оставляли, стоял на четвереньках, заключённый в станок Денис. Кляпы были на месте. Подошла к ванне, стащила с себя всё – всё было потным, липким, уже почти вонючим… Плевать!!! Пусть они на меня любуются! – авось не сглазят!!) На минуту задумалась с чего начать: принять душ или же наконец-то сесть на унитаз. Мочиться в глотку Дениса не хотелось – долго возиться с кляпом, да и я, по-моему, хотела не только писать….

Усевшись на унитаз, крикнула Степану:

-Зайди сюда! Немедленно!

Невольник зашёл, не подав ни какого вида, что был поражён увиденным.

-Вытащи кляп изо рта, только изо рта этого придурка! Сейчас я рассупоню тебя…. Сил терпеть уже больше нет…извини…

Освежитель воздуха перебивал естественные «ароматы». Справившись с поставленной задачей, не вытираясь и не подтираясь, я предстала перед закрытым наконец-то ртом Дениса. Степан как раз, едва не вывернув ему челюсти наружу, вытащил из его рта каплю.

-Стёпа, шланг! Промой ему пасть! А то всякую заразу мне занесёт!

Через пять минут, едва не захлебнувшийся от этой процедуры Денис, хватал ртом воздух, пытаясь отдышаться. Но я уже подставила свою пахнувшую ссачками пизду прямо к его губам.

-Лижи! Сухо вылизал!

Он попытался закрыть рот, но плётка с шариками на конце, услужливо поданная мне уже стоявшим в позе смирения возле меня Стёпой, опустилась рыжему аккурат посередине спины, покрытой редкими рыжими волосами.

Вскрикнув, тот открыл рот и высунул язык.

-Так-то оно лучше. Лижи, сучонок!

Я схватила правой рукой Дениса за пакли его бледно-рыжих волос и притянула к себе что было мочи. А после начала водить его лицом по своей пизде, как подтирашкой.

-Вылизывай!! Чище!!!

-Моя госпожа!!! Дай это сделать мне!!! - внезапно подал голос Степан, тут же испугавшись собственной смелости, растянулся ниц на кафельном полу, уткнувшись лицом мне в левую ступню.

-Молчать! Ты забылся, раб! И плётка опустилась уже на другую спину. На уже почти любимую мною спину… Но…бей своих, чтобы чужие боялись… Необходимо было поставить на их места обоих. Раз и навсегда. Я чудом не задела головы Стёпы. Разозлившись на него, что он вынуждает меня вновь его наказывать, я оттолкнула его от себя, пнув ногой в лицо… Боже…что я делаю?((

Но в это же самое время я не выпускала из правой руки чуба Дениса. Задрала правую ногу на правую боковушку станка, открыла перед ртом Дениса все тайные уголочки своей пизды. И вновь прижалась к его губам что было мочи.

Он начал вначале нехотя и осторожно, а потом – всё более распаляясь и входя во вкус, вылизывать мне мои большие и малые половые губы, захватил губами клитор, всосал его в себя и начал посасывать, словно леденец, одновременно щекоча языком..

-Аааа… в дырку!! Засунь мне язык во влагалище!!! Трахай меня своим языком!! На сей раз плётка не потребовалась. Когда у меня немного спало напряжение, я повернулась к Денису своим обосратым задом и практически села к нему на лицо.

-Вылизал!!! Всё!!! Дочиста!!

И начала тереться задом о губы, нос, язык Дениса, отклячив его и приподняв, как это делают кошки при течке…

-Языком ко мне в анус залез!! Быстро! Так, вылизывай его чище!! Трахай мою задницу своим язычком!!!

Я взялась за свои ягодички у их краёв и развела в стороны, чтобы расширить немного отверстие моего ануса. И насадила свою попочку на свёрнутый в трубочку упругий как маленький хуй, такой же горячий и влажный, язык Дениса. И начала совершать поступательные движения, то садясь на этот чувственный упоительный по сладости ощущения, кол, то слезая с него… Наконец я почувствовала, что вся скриплю от чистоты, а ноги мои дрожат от усталости…

-Степан! Ко мне! Подозвала я невольника, точно собаку, отойдя от Дениса.

Тот подполз ко мне, не смея встать с колен. Замер в позе, опустив голову. Я взяла его ха подбородок, подняла лицо кверху. Из уголка разбитой губы сочилась кровь. Наклонившись, прикоснулась к разбитому рту раба губами. Он вздрогнул, опустив руки как плети вдоль туловища.

-Не вынуждай меня так поступать, - шепнула я ему, - особенно при посторонних. Встань, я начну тебя рассупонивать.

Он встал передо мной – такой беззащитный, милый, уже родной, словно взрослый ребёнок…и в то же время – брутальный, излучающий мужскую силу, Аполлон. Мой Аполлон!

Зашла к нему со спины, не удержалась – погладила руками его бедные, исстёганные ягодички, сквозь которые выглядывала таблетка капли. Наклонилась и поцеловала по очереди каждую. Степан простонал. Тихо, почти неслышно. Как дуновение ветерка, как стон умирающего оленя… Я провела языком по ложбиночке от таблетки в анусе до развилочки, венчающей ягодицы. Даже звенья цепи не помешали мне это сделать. Стёпа напряг свою чудесную упругую попочку. За что тут же и получил от меня два шлепка ладонью – по одному на каждую половинку!

-Рано, шалопай! Терпи! - мне хотелось глупенько хихикать как девчонке-старшекласснице, увидевшей неприличную картинку.

Я протянула руки к его шее и отстегнула маленький карабинчик – цепь с грохотом свалилась на пол. Повернув Степана к себе лицом, я медленно вытащила из большого кольца цепи и ушек пояса верности штырёк, который был закреплён маленькими болтиками. Пощекотав пальчиками правой руки высунутый и покрасневший кончик головки, я отстегнула и большой карабин. С новым звоном на пол упал и второй конец цепи.

Постояв и полюбовавшсь на эту живую статую, я немного растерялась: с чего начинать освобождать от пут своего невольника дальше? Решила вначале вытащить каплю. Взяла его рукой за ошейник и подвела к джакузи. Повернула его спиной к себе, наклонила над ванной, раздвинула ноги. Поставив его таким образом в позу «раком», я несколько раз шлёпнула его по моим любимым ягодичкам. Раз. Второй. Третий. С каждым шлепком сила ударов увеличивалась. Когда обе ягодицы стали красными и немного припухли, я развела пальцами левой руки их в стороны, а правой взялась за таблетку. Осторожно вращая каплю в заднем проходе раба то в одну, то во вторую сторону, я вытягивала её наружу. Как только самая широкая часть расширителя показалась снаружи, я рванула её что было мочи – теперь угрозы порвать анус уже не было. Прощальный «хлюп» и анус моего жениха был свободен! Не разворачивая, я подвела его задницей к Денису.

-Лижи! Живо!!!

Он хотел возразить, но семихвостка с грузиками на концах, опустившись на его задницу, вовремя его вразумила.

-Лизать!! Вылизать всё досуха!

Несчастный бывший рабовладелец принялся за дело. Ему немного мешали ремешки от пояса верности и я, не прерывая процесса вылизывания стёпиного ануса, начала освобождать его хуй. Когда пенис и яички оказались на свободе, я взяла мошонку в руки и принялась перекатывать яички в руке, вторую в это время сжав в кулак, который вертела перед носом Стёпы. Он тихо терпел. Нигравшись яйцами раба, я повернула его лицом к его бывшему хозяину и приказала последнему:

-Соси! И соси хорошо! Так, чтобы он кончил! Не кончит в рот – будем сейчас трахать тебя и в задницу!!! Долго и больно! Соси, падла!

Рот рыжего заработал, словно помпа. Я слегка хлопнула рукой по заднице Стёпы:

-Расслабься! И трахай его в рот так, как тебе удобнее! Как он ебал тебя! Ещё сильнее и ещё глубже! У тебя же член длиннее и толще, чем у него!! А сама, усевшись на край ванны, с наслаждением любовалась происходящим. Бросив скользящий взгляд по полкам ванной комнаты, я увидела ряд стоявших страпонов. Лучшего времени, чтобы «опустить» Степана и не найти. Подошла, выбрала не самый большой, но и не самый маленький – чуть потоньше лампочки в диаметре – чтобы не порвать ему уже растянутый за вечер зад, приблизилась к «сладкой парочке» .Наклонила Степана над головой Дениса, развела в стороны его ноги, заставила выгнуться в пояснице, чтобы зад поднял свою дырочку немного кверху. И, пока Денис продолжал трудиться над членом Стёпы, я намазюкала анальной смазкой головку страпона, шлёпнула немного её поверх ануса и начала вводить страпон а задницу своего невольника. Сначала – медленно и осторожно, но когда уже половина длины была в нём, резким движением я догнала его до конца.

Теперь Степан трахал Дениса в рот, а я, пристегнув страпон к своему поясу, трахала им Степана в зад. Да так ладно это у нас получилось, что Стёпа мой не так уж долго мучил своего бывшего хозяина. Кончив, он застонал с таким удовлетворением, что этот стон был скорее похож на клич индейцев. Мне показалось всего этого маловато.

Увидев в дальнем углу комнаты нечто, напоминающее надувной матрас, я приказала Стёпе его накачать, сама в это время пошла посмотреть: нельзя ли поднять Дениса повыше над полом, не развязывая его? Оказалось – нет ничего проще. Четыре щелчка на каждой «ноге» станка и они удлинились, как ручка зонтика.

Стёпа уже донакачивал матрас, который сверху оказался мягким и пушистым в прямом смысле этого слова. Я пошла временно удалять кляп-расширитель из ануса Дениса. Здесь я не стала церемониться, как со Стёпой. Немного вытащила его не спеша, а потом рванула что есть мочи. Денис взвыл, за что немедленно был награждён зуботыченой от Стёпы и парой ударов наотмашь плетью по ягодицам от меня.

Накаченный матрас уложили под Дениса. Как раз получилось так, что когда я легла на него спиной и разведя ноги вверх по бокам от головы Дениса, он уткнулся своим лицом в мой лобок.

Улегшись поудобнее, я немного приподняла свой таз и схватив обеими руками Дениса за волосы, заставила его вновь вылизывать меня всю.

-Стёпа, отымей его в зад ещё раз!!! Если устал – можешь страпоном!! Тем же самым, каким я имела тебя! Стёпа не заставил себя долго ждать. Освободив одну руку, и направляя голову Дениса лишь одной, я начала щекотать, и мять мошонку Стёпы другой, постепенно добралась до его ануса и ввела в него сначала два, потом – три, а на последок – и все пять пальцев, свернув ладонь, как язык, трубочкой. Введя в задницу Стёпы всю руку, я осторожно сжала её там в кулак, совершила несколько фрикций и вытащила её аккуратно обратно. Через пару минут я кончила, вымотавшись окончательно. Немного отдохнув, я встала и, подойдя к заднице Дениса, проделала с ней то же самое, что и со стёпиной, предварительно всунув тому в пасть страпон, почти закрывший ему дыхалку… Мне необходимо было дать знать каждому из них, что они – равны. И правом выбора казнить или миловать отныне в этом доме обладаю только я.



7.

Стёпа не проявил ничем ни несогласия с моей политикой, ни малейшего даже ропота. У Дениса этого никто и не спрашивал.

-Ванну, Степан! С пеной! Я устала… Приготовишь – придёшь – заберёшь меня!!! Даже если я усну!! Мне необходима ванна!! Ты всё понял? – Я запрокинула голову коленопреклоненного Степана, ухватившись рукой за волосы на макушке.

-Да, мэм.

Я погладила его по голове и после провела ладонью по левой щеке.

-Умница. Хороший мальчик. Можешь пока отнести меня на диван и укрыть чем-нибудь. Только обязательно разбуди. Я лучше досплю в ванне. Ага?

Степан моча кивнул головой.

В итоге я проснулась через три часа на широкой постели с альковом. Ещё не купаная. Но едва я собралась метать громы и молнии, как возле края кровати показалась голова моего жениха-раба, чьи губы прикоснулись к моим стопам.

-Можешь запороть меня до смерти, но я скажу. Ты устала. Более того – вымоталась. Тебе нужно было поспать… А вот теперь я отнесу тебя в ванну. Не бойся: она у нас современная, заполнится через минуту. Которую я заполню своими ласками, о, моя госпожа… Я готов понести наказание за свою дерзость…

Я лишь счастливо улыбнулась… Так обо мне заботилась только мама, и то – в детстве…

-Поехали!!!

Невольник опустился на четвереньки и приблизился своей… мммммм… такой милой попочкой вплотную к кровати, явно ожидая, что я усядусь на него верхом!

-Стёпааааа!!!! Ты меня вообще убил!!! Всё!!!! – меня сотряс такой силы хохот, каким я не разражалась уже целую вечность. Сил встать и прекратить смеяться не было. Это было что-то сродни истерике… Да это и была она: всё накопленное за эти сутки посредством смеха пёрло из меня безудержно… Пока я, вконец обессиленная, не замолчала.

Невольник снова приблизился ко мне со стороны моих ступней. Осторожно, словно они были фарфоровыми, и он боялся их невзначай разбить, расцеловал и облизал каждый мой пальчик. Я просто лежала навзничь. Лежала, раскинув руки и ноги, и молчала… Я вся была в ощущениях. В ощущении ласк Стёпы. Его губ, его язычка… А он с таким самозабвением вылизывал все складочки моих ступней, что всё внутри меня мурчало от этого сладостного удовольствия…

Вот он робко прикоснулся губами к щиколотке левой моей ноги… проследовал до подколенной впадины… вернулся снова вниз – к правой ноге. Повторил маршрут. Прикасался к коже едва ощутимо – словно крыльями бабочки. Наконец осмелел, и его голова оказалась у между бёдрами. У меня заныло, защекотало внизу живота… моя самость запульсировала. Хотелось Схватить его за волосы и притянуть его голову к себе что есть сил, вобрать её в себя!! Одеть свою пизду на него как огромный, чудовищный презерватив! Но я сдерживала себя… я решила отдаться на волю победителю. Иногда полезно ощутить себя слабой и побеждённой. Почувствовать себя Женщиной в руках Мужчины.

И я была вознаграждена за это сполна!!! Боже, как он меня ласкал!!! Так ни один мужчина не ласкал ни одну женщину на свете!! Его неутомимый язычок – такой горячий, влажный, щекочущий и требовательно надавливающий одновременно. То ласково расслабленный, как у верного пса, который дождался наконец-то ласки от своего хозяина, то твёрдый, упругий, словно наконечник копья. Жалящий мою нежную плоть. И губы… ооо…. Эти губы!!! Такие жадные, словно хотят выпить меня всю до дна, до капельки!!!! Они всасывали в рот, в эту алчущую пещеру мой бутон сладострастия, где отдавали его на сладостную пытку языку. И –зубам, которые по нежности прикосновения могли сравниться с губами…

Они терзали мою плоть, не болью, но – лаской!!! Самой жгучей лаской на свете!!! Которой хочется всё больше и больше. Которой открываешься вся, потеряв остатки всякого стыда… Именно в такие минуты хочется принадлежать любимому всей целиком – всеми своими дырками и порами… просто ощущаешь неодолимую жажду ощутить его внутри себя. Всего его во всей себя. Хочется раствориться в нём, стать с ним единым целым… Не каждой женщине повезло испытывать такое наслаждение. И далеко не с каждым мужчиной его вообще возможно испытать. Я счастлива от того, что мой муж мне дарит его почти ежедневно!! Я самая счастливая Женщина на Земле!

Я сбилась со счёта, сколько оргазмов испытала за тот раз. Они обрушились на меня каскадом неистовых конвульсий и томных содроганий. Я впадала в забытьё и выплывала оттуда, чтобы вновь него провалиться, уже не в силах перенести это блаженство.

Наконец я взмолилась:

-Всё!! Хватит!! Иначе я сойду с ума!!! Хватит!!! Мне уже больно!!! В ванну!!! Живо!!!

Степан обхватил меня снизу за бёдра, подтянул к себе, подхватил на руки и понёс. Он нёс меня на руках не как жалкий раб свою суровую и властную госпожу, а как Мужчина несёт свою Женщину, как охотник – свою добычу. Он знал, что нужен мне, что я хочу его, что он владеет мною так же, как и я им. В постели мы с ним брали и отдавали в равной степени. И это давало ему повод для гордости собой. Я тоже гордилась и любовалась им. Его статью, его нежной силой. Его недавней властью над собой, которой я не побоялась отдаться. Это действительно был добровольно отдавший себя в рабство мужчина. Мужчина, неистово желающий стать всем для своей женщины. И этой женщиной, этим всем была я!

Наконец-то мы добрались до ванной комнаты. Денис пытался дремать в своём станке, повиснув всем телом на постромках. Стёпа, не спуская меня с рук, опустился возле него. Посадив меня на спину Дениса, кинулся готовить ванну. От неожиданного приземления, точнее – приспинения! – я уцепилась рукой за рыжую тощую шевелюру Дениса. Он тихо застонал…

Через пару минут ванна была готова. Степан подошёл к нам с Денисом. Благоговейно взял меня на руки и понёс к чаше с ароматной водой. Сверху пышной шапкой лежала пена. Еле слышно работали струйки маленьких фонтанчиков для водного массажа. Я хотела сама усесться в ванну, но Стёпа мне не позволил этого сделать: он сам усадил меня в ванну. Как маленькую. Наклонившись – стоя на коленях он бы не смог просто-напросто до меня дотянуться – он решил помыть мне волосы.

-Сама!!!! Я сделаю это сама!!! – и впрямь впав в детство, заупрямилась я. Я умею это делать!!

-Я не сомневаюсь в этом, моя госпожа! – решив изобразить из себя папочку, ласково ответил невольник. –Но позвольте мне искупать Вас самому… умоляю Вас, моя госпожа! – после минутной паузы просящим тоном добавил раб.

Возмущаться и спорить не было ни сил, не желания.

-Валяй!

Купание превратилось в истязание. В том смысле, что нежные прикосновения к моему телу мочалок и мочалочек с гелями, маслами и Бог весть ещё с чем, плюс -осторожные массажные движения рук Стёпы меня вновь возбудили. Я посмотрела на него: его фаллос был вздыблен как конь.

-Стоп! Иди оттрахай Дениса в задницу, кончи ему в рот, принеси пояс верности и новый ошейник с цепочкой. После этого продолжишь. А я пока полежу и нормально искупаюсь в джакузи! Всё!!! Пошёл прочь!!!

Степан повиновался. Неохотно – это было видно по нему. Мне было на это плевать. В следующий раз до таких процедур я буду допускать его лишь в поясе смирения. И снимать его я буду лишь тогда, когда захочу его как Мужчину. Я вспомнила: ещё при нашей предварительной переписке он рассказывал мне, что у него не может быть детей: в детстве он перенёс «свинку», давшую осложнение… Поэтому пользоваться им как живым фалоиметатором я могла безо всякой опаски!)

А пока, распластавшись по ванне, отдавшись воле душа Шарко, я наслаждалась открывшейся моему взгляду картиной. Степан, подошедший к Денису, заставил того открыть рот. Когда бывший хозяин отказался слушаться молодого мужчину, который был совсем недавно его рабом, последний, недолго думая, ударил его по лицу. От боли он раскрыл рот, чтобы закричать. Этого мгновения Степану хватило, чтобы вставить в рот Денису кольцо-расширитель и вытащить наружу язык наказуемого. От души потыкав своим хуем его в самое горло, Степан крутанул подставку танка и оказался аккурат напротив тощего несимпатичного зада Дениса. Не удосужившись даже шлёпнуть в анус немного смазки, он с разгона ввел свой член в анус рыжего по самые яйца. Тот от боли попытался взвыть, но кольцо этого сделать не позволило, из глотки бывшего рабовладельца донеслось лишь клокочущее шипение.

Отттрахав Дениса в зад со всей душой и со всей дурью, уже предчувствуя, что скоро кончит, Стёпа вынул оттуда свой пенис и вновь крутнул подставку станка. Растянутый и зафиксированный рот Дени вновь оказался напротив стёпиного древка. Схватив обладателя этого рта-дыры за волосы обеими руками, Степан просто-напросто натянул его голову на свой член. До упора. Не жалея Дениса – точно так же, как тот не жалел когда-то и его самого. Денис едва не задохнулся. Захрипел, пытаясь откашляться. С его разбитых губ капала кровь вперемежку с ручьями слюны. Недолго думая, Степан развёз эту кашу по лицу Дениса головкой члена и вновь засунул его по самое горлышко. А потом – ещё и ещё раз! После этого вытащил изо рта Дениса рывком кольцо, велел открыть рот – теперь тот повиновался с первого раза, и, хриплым от волнения и возбуждения голосом, прорычал:

-Соси, сссука! Хорошо соси!!! Как я это делал!!! Для твоей же безопасности тебе говорю!!! И обхватил рукой голову Дениса. Тому не пришлось долго работать насосом: Стёпа стоял лицом ко мне, и я, Присев на бортик ванны и раздвинув ноги, начала сама себя ласкать, не сводя своих глаз с него. Вначале потеребила свои совки, набухшие и налитые кровью. Затем просунула руку уже между ног и собралась щекотать свой клитор, когда он с криком: «Неееет!!!!! Не делай этого!!!» - словно я решила как минимум себя кастрировать, кончил в рот Дениса, и не успев как следует отдаться оргазму, метнулся ко мне и, не спрашивая позволения, плюхнулся ко мне в ванну, стоя на коленях, приник ртом к моему бутону страсти. Началось второе отделение альковной прелюдии. Но я на этот раз позволила меня поласкать лишь немного.

-Дай мне пояс верности, Степан! Быстро!

Он вылез из ванны, и, не говоря ни слова, протянул мне колпачок.

-Стой на месте!

Я надела колпачок на член Стёпы, ещё не успевший вновь налиться кровью и принять боевую форму.

-Повернись ко мне спиной!

Невольник повиновался. Я уложила два узеньких ремешка от колпачка между ягодичек раба. Отверстие ануса закрывать каплей не стала, а, наоборот, Заставив его наклониться вперёд и подставив мне тем самым свободный доступ к своей дырочке, я ввела в неё кольцо, наподобие того, что сейчас было во рту у Дениса. Но – поменьше диаметром и не торчащее наружу. Сфинктер практически не растягивался. Лишь кишка позади него. Я не собиралась уродовать своего жениха. Я лишь немного вновь напомнила ему его место в этом доме отныне. Через час-два я собиралась удалить кольцо, оставив один пояс. Так я потом и поступила.

Когда кольцо было введено, я слегка потянула его на себя, заставляя Степана приблизиться к краю ванны. Я шлёпнула его по ягодицам мокрой ладонью.

-Повернись ко мне лицом и оближи мои руки. Они были в твоей вонючей заднице!!

Но говоря это, я улыбалась. Улыбалась не губами, а глазами. Я обожала своего будущего фиктивного мужа. И он понял мой взгляд. Прильнул губами к моим ладоням, покрыл их все медленными томными поцелуями. По очереди беря в рот мом пальцы, он облизал и обсосал каждый из них.

Наконец я сказала:

-Ошейник, раб!

Степан вновь отошёл от ванны, затем вернулся уже с золотыми тонким обручем-ошейником и тонкой, но прочной цепочкой-поводком на надёжном карабине.

-Поза!

Он опустился на колени. Можно подумать, что без моего приказания он этого не делал.

-Подними голову, раб!

Стёпа выполнил мой приказ, полностью открыв мне своё горло. Я расстегнула и сняла с него прежний – широкий кожаный ошейник и надела, защёлкнув на «вечный» замок новый: узкое золотое кольцо, которое практически вплотную обхватило его горло. Я испугалась, что оно будет мешать моему верному псу. Просунула палец между ним и шеей – входит свободно. Даже место остаётся.

Пристегнула цепь и бросила её конец на пол.

-Цепь!

Степан, исполняя ритуал, поднял цепь с пола и, не смотря мне в глаза, опустив голову долу, протянул мне конец цепи. Я приняла этот символ добровольного рабства в руки и хлестнула им Степана по спине. С оттяжкой. На спине вздулась новая узенькая багряная полоска: на самом кончике цепи был посажен шарик, унизанный короткими острыми шипами…

-Идём в комнаты!

Степан хотел вновь взять меня на руки, но я запретила это делать.

-Нет. Просто подай мне руку – помоги мне выйти из ванны. И на четвереньках – рядом со мной!!! К ноге!!!

В таком виде мы вышли из ванной комнаты.



8.

Наконец-то чистая и душистая, избавленная от пыли дороги и грязи всех ссор, я почувствовала себя белым человеком. Оглядев всю себя в зеркале, висевшем на стене спальни возле роскошного алькова, я осталась вполне удовлетворённой собой.

-Я хочу спать… Я так устала… Постели мне постель и уложи!

Не отпуская цепи из рук, я уселась в мягкое кресло, рискуя уснуть в нём. Если бы меня кто спросил: зачем я держу Степана на привязи – я бы не смогла тому ничего ответить. Наверное, подсознательно боялась отпустить, потерять его… Тем более, что мой невольник не выказывал никаких намёков на неудовольствие или неудобство.

Когда постель была приготовлена: простынь натянута, а подушки взбиты и уложены удобно, одеяло откинуто, я, немного подумав, решила всё же немного приодеться. Однако, это желание у меня пропало, не успев окрепнуть.

Степан подошёл ко мне. Я уже стояла рядом с креслом. Встал, опустив голову, напротив.

-Чего встал? Чего ждёшь? Или забыл, как на руки госпожу взять? – Я наотмашь ударила невольника по левой щеке.

Он не издал ни звука. Переложив цепь в левую руку, я влепила ему пощёчину справа. Бросила цепь на пол.

-На пол! Лицом вниз!

Меня охватила внезапная ярость. Моя безнаказанность, осознание того, что я могу делать с этими двумя мужчинами всё, что мне заблагорассудится, жгла меня изнутри. Подзуживала, провоцировала и подстрекала.

Степан распростёрся у моих ног. Протянул вперёд руки и поставил себе на голову мою левую ногу. У меня появилось жуткое желание поставить на неё и вторую и прыгнуть разочек… Поняв, что это уже что-то сродни сумасшествию, я усилием воли себя сдержала…

Плюхнулась обратно в кресло. Закрыла глаза руками… Забилась в угол кресла… «Господи, что я творю?» - пронеслось молнией в моём мозгу и пропало. Без следа…

Я вытянула вперёд правую ногу. Подсунула пальцы её под подбородок Степану. Подняла вверх его голову. Убрала ногу из-под подбородка и поднесла кончики пальцев к его рту. Он приоткрыл губы. Я нажала. Стёпа раскрыл рот и взял ртом мою ступню. Мужчина стал сосать её как телёнок, а я пыталась трахать его рот своей стопой. Он чмокал, давился, наконец, осмелел и взял мою ногу в свои руки. Раб начал облизывать мою ногу всю. От кончиков пальцев. Он вылизывал её так, как животные вылизывают своих детёнышей. Выше щиколотки я его не пустила, подсунув ему другую ногу. Если бы я этого не сделала – мы бы вновь занялись в итоге сексом, а я хотела лишь унизить Степана, растоптать его. Я била его, я убивала в нём его гордость и чувство человеческого достоинства как ни парадоксально именно потому, что сама мечтала пробиться к нему, добиться его… Меня колотил озноб…

Наконец я отняла ногу ото рта невольника.

-Поза!

Как дрессированная собачка он стоял вновь на коленях, опустив голову.

-Цепь!

Вновь раб подал мне кончик золотой тонкой цепочки с колючим шариком, венчающим его. Удар! Второй! Третий! Три новых бурых шрама на спине… За что?? Сама не знаю…

-Лёг навзничь! Руки раскинул! Ноги раздвинул!

Пинок носком левой ноги по промежности. Мучительный стон… Но – ни малейшей попытки шелохнуться. Удар плёткой из сексшопа – туда же. Я видела: мускулы на обеих руках вздулись, но они остались раскинутыми, словно их привязали на своих местах. Сердце сжалось от боли. Хотелось упасть перед ним на колени и целовать его ноги… И просить, молить о прощении… Но, поступи я так – сама бы оказалась на его месте… И мне пришлось бы гораздо хуже, чем ему… Не знаю откуда, но я чувствовала, знала это… Это был наш последний урок, который навсегда закреплял нас на позициях раб и госпожа. И пройти он должен был как можно жёстче… Впереди было ещё выжигание тавра на так любимых мною ягодицах Стёпы. Но это – будет впереди. И не только это. А сейчас нас ожидало испытание именно такое.

Подошла к Стёпиной голове, расставила ноги на ширине его плеч.

-Рот! Раскрыл рот!

Невольник не заставил себя ждать. Я чуть присела, и из меня полилась слабо-золотистая струйка горячей, ничем не пахнущей ещё мочи. Прямо в рот Стёпы. Сначала – тоненькая и слабая, затем- более упругая и сильная.

Описав его всего: и лицо, и грудь, и многострадальный пенис с промежность, я осталась довольной. Территория была помечена и застолблена. Моё!!

-Пошёл в ванну! Помоешься – положишь меня в постель.- обессиленно упала в кресло…

Через пять минут мой жених стоял передо мной. Наклонился. Взял меня на руки и осторожно, словно фарфоровую, уложил в кровать.

-Рядом! – рявкнула я, указав на место на пушистом коврике возле кровати.

Раб повиновался. Я опустила вниз руку и защёлкнула цепочку за ножку кровати так, чтобы он не смог поднять голову на высоту постели. – Пёс должен знать своё место. И провалилась наконец-то в сон… В чёрный, глухой сон без сновидений. Первый мой день в роли секс-госпожи Закончился…
----
Продолжение следует
Сапфирос. 26.12.13

Похожие статьи:

Эротические рассказыСтрадания Дениса или во всем виноват пупок

Эротические рассказыСладостная пытка

Эротические рассказыНеделя сладкого ада

Эротические рассказыНочной клуб "Андромеда"

Эротические рассказыМуравейки

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!